— Как называется Ваша кинокомпания и какая у неё история?
— Компания, которую я имею честь возглавлять, называется «Пигмалион продакшн» и также возглавляю компанию «Нью синема дистрибьюшн» — это российские компании, которые корнями уходят ещё в Советский союз. Они основаны в начале 90-х годов продюсером Сергеем Члиянцем. Работал с такими режиссерами как Кира Муратова, Пётр Луцик и Алексей Саморядов, Алексей Балабанов, Александр Велединский, Алексей Попогребский, Петр Буслов и многими другими выдающимися кинематографистами. И они вместе все начинали строить современный российский кинематограф в том виде, в котором мы видим и знаем его сейчас.
Многие молодые и не очень люди моего поколения выросли на фильмах «Брат» и «Бумер», герои становились ролевыми моделями и образцами для подражания, и совсем не обязательно в своих преступлениях, а в большей степени силе характера, стержня и строгой бескомпромиссной борьбы за справедливость в том смысле в котором они ее понимали и с ними оказались солидарны миллионы русских людей, разбросанных сейчас по так называемым странам бывшего советского блока и далеко за их пределами.
Интересный факт — в марте этого года наш новый и надеюсь не последний фильм «Ветер» получил главный приз за лучшую режиссуру им. Сергея Соловьева на международном кинофестивале «Дух Огня» в Ханты-Мансийске, а также приз за лучшую мужскую роль им. Александра Абдулова. Так вот режиссёром этого фильма стал Сергей Члиянц — и это его режиссёрский дебют! Дело в том, что по образованию он именно режиссёр, и, видимо, по призванию тоже, а продюсером стал волею судьбы. А на самом первом фестивале «Дух Огня» в далёком 2003 году главный приз Сергей получал как раз таки за фильм «Бумер» в качестве продюсера.
— А как Вы пришли в сферу кино?
— Мне предложили возглавить православную телекомпанию «Сретение» в сложные ковидные времена ушел из жизни её основатель Александр Суликов — общественный деятель, видный православный подвижник, продюсер, филантроп, многодетный отец. И не смотря на отсутствие именно телевизионного и продюсерского опыта, я не смог отказаться так-как чётко понимал, что справлюсь, и конечно как и многие в тайне мечтал о работе в кино.
В сущности неважна специфика бизнеса, если ты знаешь принципы управления предприятием, современные тенденции развития менеджмента и управления большими коллективами, то с опорой на настоящих профессионалов в штате управленец может сделать эффективным любое предприятие. За 2 года было снято два цикла по 8 православных фильмов для телеканала «Спас», несколько пилотных выпусков исторических и тревел ютуб шоу, второй сезон документального сериала об археологии «Дневная поверхность».
— А как в дальнейшем складывалась ваша кинокарьера?
— Плотно общаясь с кинематографистами, и уже даже пройдя индивидуальный ускоренный курс во ВГИКе я не мог не устремиться в сторону художественно (игрового) кино. У меня возник сверх амбициозный проект исторический игровой сериал «Алексндр Невский», 3 сезона по 10 серий. Вдохновленный успехами американских проектов типо «Викинги», «Игра престолов», но в отличие от западных блокбастеров мы начали писать сценарий в точном соответсвии с житием Благоверного князя, и теми бесспорными фактами что известны науке на сегодняшний день о том периоде, для этого я нанял штат историков, подружился с историческими реконструкторами, специалистов по конным постановочным баталиям, и вообще наиболее видными специалистами по древней Руси, конкретно по 12-13 векам, среди консультантов был и наиболее медийный сегодня историк Клим Жуков.
— Что Вы имеете в виду под «игровым сериалом»?
— Это тот, в котором играют, то есть это художественный сериал. В документальном мы фиксируем реальность, а игровой — это где актёры играют, то что мы видим на различных киносервисах.
— То есть Вы не прячетесь под маской историчности, Вы прямо заявляете, что это художественное произведение на тему эпохи?
— Да, точно. И в тесном взаимодействии с РЦП и РВИО, и с другими организациями, мы привлекли большое количество авторитетных экспертов по XII веку, по русскому средневековью, по житиям святых. Как известно, Александр Невский у нас причислен к ним и он же один из самых выдающихся, а возможно и самый выдающийся деятель России. Он сыграл важную роль в судьбе Руси.
— Это текущий проект?
— Это тот самый проект, с которым я пришёл посоветоваться к Сергею Члиянцу. Он, конечно, эту идею разнёс в пух и прах, так как на реализацию такого сложно постановочного, сложно костюмированного художественного фильма, сериала нужно иметь опыт не двухлетний, а двадцатилетний работы в кино. Но так как мы постигаем это экстерном и на практике, я глубоко погружался в производственные и сценарные процессы, я закончил ускоренные курсы во ВГИКе.
Я учился у мастера, которого зовут Александр Каурох, он кстати мой земляк, из города Владивосток и любит мой родной город Хабаровск. Он ведёт свою мастерскую во ВГИКе и в ковидные времена, когда были ограничения для студентов, мы прошли онлайн и офлайн ускоренные курсы молодого бойца в кинематографе по направлениям режиссура и продюсирование, операторская работа.
— То есть вы очень быстро переквалифицировались из туристического бизнеса в киноиндустрию?
— Да, и мне это очень понравилось, меня это затянуло. Я всегда к этому стремился в душе, но боялся себе признаться. Ведь как это можно, простому человеку с улицы прийти и начать заниматься кино? Если ты не из династии или не миллиардер, который за свой счёт снимает блокбастер с голливудскими звёздами, то как можно простому человеку начать?
— Но ВГИК открыл Вам эти двери?
— Не только ВГИК, прежде по доброй воле это всё таки сделал Сергей Члиянц. У меня нет диплома ВГИК, но у меня есть пройденные ценные курсы. И просто практика. Могу разбираться в этих процессах и ими управлять, и что-то создавать.
Туризм это не то, с чего я начинал, и муниципальное управление было в моей жизни, красный диплом и диссертация по юриспруденции, и кое-что я знаю о религиоведении. А это как раз то, что нужно в кинематографе — разносторонняя начитанность и жизненный опыт, насмотренность произведениями современными и классическими.
При этом, я достаточно современный человек, я люблю работы Гая Ричи и Тарантино. При этом я с большим уважением отношусь к классике, к чёрно-белок классике, первым годам развития кино. В общем, изучаю разные эпохи кино.
— Вы проявляете себя как энтузиаст в кинематографе, сочетающий современные приёмы и классические?
— Да, и как раз проект про Александра Невского является точкой сборки нового соврмененного русского кино. Новая волна в русском кино как раз была в 90-е с Алексеем Балабановым и Сергеем Селияновым, а также Никитой Михалковым и Бондарчуком, и Фёдором, и Сергеем — это всё «патриархи» современного российского кино. Но сейчас наступили новые времена.
— То есть начинается «Вторая новая волна» в отечественном кинематографе?
— Может быть даже третья. Сейчас у нас СВО и сейчас там рождаются новые авторы, гениальные сценаристы и режиссёры, актёры. Как собственно рождались после Первой мировой войны великие писатели, после Второй мировой войны была целая плеяда на небосклоне кинематографа, великолепных деятелей, кто реально проживал что показывали на экране.
— Где находится Ваша киностудия?
— Киностудия «Пигмалион продакшн» на улице Большая полянка в Москве, в большом частном особняке. Но и «Нью синема дистрибьюшн» там же. Собственно вторая компания создавалась именно как дистрибьюторская, для продажи и распространения кино, а первая — производственная компания.
Современные реалии таковы, что для киностудии не нужно гигантских павильонов, как мы видим в голливудских фильмах. Это, конечно, «Парамаунт» и «20 век фокс» могут позволить себе такие павильоны, потому что выстроены они были 100 лет назад, когда земля в Голливуде ничего не стоила и они понастроили себе этих вот ангаров и они счастливы. То же самое Мосфильм и Ленфильм — это всё студии, полноценные, которые создавались из реалий и на земле тех лет. Сейчас этого не требуется, мы можем иметь студию: вот у нас ручка, ноутбук и секретарша — вот и киностудия. А производственные процессы происходят на натуре, в интерьерах или арендованных павильонах. То есть всё сейчас ушло в аутсорс и можно абсолютно прекрасно делать кино, не имея собственных декораций и ангаров. Это всё берётся в аренду или создаётся под проект. По большому счёту, у нас просто офисное помещение с антуражем, наградами и плакатами с фестивалей.
— Значит, современная киноиндустрия довольно открытый бизнес и открытое направление культуры, которым можно заняться просто имея офисное помещение и некоторое образование, с чем уже начать деятельность?
В любом случае, ребята, которые учатся 5 лет, получают много практики в процессе. Они что-то снимают и пишут, уже как бы выходят с курсов кем-то и делают свои первые большие шаги. А чтобы просто прийти не из киновуза или не киносреды, в которой либо родился, либо погрузился в процессе обучения, надо иметь большое везение и некую предрасположенность. Чтобы как бы влиться и понять, начать жить по этим законам, там есть свои особенности.
Русская литература — это самосложившийся бренд
— Расскажите, как Ваша работа в кино связана с литературой?
— Хоть мы и принимаем, что Китай страна коммунистическая, там есть свои определённые законы этого жанра и там бизнес аффилирован с государством. У меня был опыт взаимодействия с большим китайским государственным бизнесом. Мы несколько лет плотно работали над значимым инфраструктурным проектом агрохолдинга в Хабаровском крае на деньги китайских инвесторов. Я не говорю по китайски, но с достойными переводчиками, понимающими иностранный менталитет, и помогающими нам взаимодействовать ещё и с южнокорейскими, и с северокорейскими, и с японскими, даже с индонезийскими партнёрами, получился опыт дипломатического общения и знания протокола.
Так вышло, что в ходе исследования локации для съёмок документального фильма о жизни поэта Николая Гумелёва, я отправился в Каир, куда меня пригласил руководитель Гумилёвского общества Ольга Медведко. Там сохранились места, где наш поэт был по пути в Эфиопию (Абессинию) и исследовал Африку, начиная как раз со столицы Египта.
В Каире я познакомился с выдающимися деятелем современной общественной дипломатии — это Бельянинов Андрей Юрьевич, Генеральный секретарь Ассамблеи народов Евразии и Африки, Очирова Александра Васильевна — посол доброй воли ЮНЕСКО и великая поэтесса.
Тогда Дни Ассамблеи проходили в то же время, что и мероприятия Гумилёвского общества, и параллельно с 54й Каирской книжной ярмаркой. Я вместе с Андреем Юрьевичем и Александрой Васильевной посетил эту книжную выставку, где мы удивились и даже как-то ужаснулись, отсутствием русской литературы. Вернее говоря, на Каирской книжной ярмарке, которая считается второй по значимости в мире после Франкфуртской книжной ярмарки, в четырёх ангарах нашёлся только один маленький стенд русских книг, без флага.
— Разве русскую литературу не знают во всём мире?
— После увиденного я начал беспокоиться и разбираться, где место русской литературы в мире. Все знают о великих произведениях и авторах русской литературы, современных её столпах. Это здесь нам навязывают разные «граждане» миф о том, что наши книги там не знают. А на самом деле знают и в Америке, и во Франции, и в Каире. За границей все читают Булгакова, Достоевского, Толстого и Пушкина. Кстати, Пушкина в меньшей степени знают.
Русская литература — это самосложившийся бренд. Он исторически есть и никто его не отменит, никуда не денет. Сколько на него не выливай грязи, его не очернить. А мы же должны этим пользоваться, это та самая «мягкая сила» (soft power) — термин, который не все любит, но он очень точный. И это как кинематограф. Америка с помощью Голливуда покорила мир и заставила жить по их нарративах. А мы можем продвигать нашу литературу и развивать собственное кино.
Но, увы, Каир это не исключение, а правило. Россия на мировых книжных выставках, за исключением 3-4 случаев, никак не представлена.
Сейчас единственная уполномоченная структура в Российском правительстве занимающаяся распространением русской литературы — это департамент государственной поддержки периодической печати и книжной индустрии, внутри Минцифры.
Несмотря на то, что департамент возглавляет очень авторитетный, действительный опытный и заслуженный патриарх книжной индустрии России — Владимир Григорьев, и по сути это упразднённое в 2020 году Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям (Роспечать). При этом Минцифры — не самая релевантная организация для ведения литературной деятельности, и бюджет ограничен и полномочия вероятно не те, что были у федерального агентства.
Понимая сложность и определенную закостенелость государственной машины, мы с единомышленниками начали изучение вопроса как помочь, чем усилить меры по распространению русской литература за рубежом. Используя рыночные механизмы и народную дипломатию.
Собственно сама Ассамблея уже имеет широкий спектр связей во всех уголках мира и собственно с ней я начал посещать разные международные выставки и ярмарки. Также я напросился на приём к Евгению Александровичу Примакову, который возглавляет Россотрудничество, чтобы обсудить пробел — отсутствие русской литературы на выставках. Он отправил меня по определённым векторам деятельности и одним из них оказался Российский книжный союз, президент которого Сергей Владимирович Степашин. Он же возглавляет Императорское православное палестинское общество, созданное в 1882 году, царской семьёй и не прекращавшее своё существование даже в Советском Союзе. И существенная часть задач и миссии ИППО — по сути также в усилении присутствия России, нашей православной веры и культуры по всему миру.
В этом смысле получилось что Сергей Вадимович возглавляет сразу две структуры без которых заниматься тем чем мы занимаемся сегодня — было бы просто невозможно. И я доложил ему о своих мыслях и планах и получил поддержку.
Сейчас мы только выстраиваем работу с Российским Книжным Союзом и со структурами Русской Православной Церкви, но главное что есть понимаете и правильные люди готовые работать на благо страны и веры.
Что касается коммерческого элемента то мы с коллегами открыли Евразийское книжное агентство для устранения пробелов русской литературы в мире на коммерческой основе. Так сложилось, что в России никогда не был развит институт литературных агентов. А ведь это драйвер роста и продвижения любого литературного рынка! Агенты помогают даже затерянным где-то в глубинке авторам найти путь к издателю, редактору, рынку и даже дальше — международным продажам. Этим же агентством мы планируем помогать иностранным авторам издаваться в России, поскольку многие зарубежные агентства отвернулись от нас из-за своей узколобости и санкций и отозвали права на свои произведения и авторов для российских издателей, мы имеем хорошую возможность положить пусть новым авторам из дружественных нам стран.
БРИКС — клуб для реальных проектов
— Как международная деятельность в кино и литературе привела Вас в БРИКС и в какую именно организацию?
— На этом стыке литературы и общественной дипломатии я для себя выбрал направление поддержки развития русской культуры, литературы и кино.
Даже не я выбрал, они выбрали меня!
С моим всё еще не большим, но всё же багажем опыта и знаний, оставалось только разобраться что такое БРИКС и имеет ли он то влияние, которое ему присваивают СМИ.
Следующие два года мы пришли к тому, что в России есть как минимум две уполномоченные организации, которые могут на согласованном с Министерством иностранных дел уровне заниматься деятельностью от имени БРИКС: Альянс стратегических проектов БРИКС и Фонд деловых коммуникаций БРИКС+ (Международный Муниципальный Форум (ММФ) стран БРИКС+).
С Альянсом БРИКС мне довелось сопровождать делегацию из Бахрейна если не ошибаюсь, в 2021 году, в маленький, но очень известный поселок Палех в Ивановской области. Известен он на весь мир в первую очередь уникальной техникой исполнения лаковой миниатюры, а еще более чем 4 вековой традицией невероятного качества иконописи. Возглавляла делегацию Лариса Николаевна Зеленцова — извечный дипломат и общественник. Целью были инфраструктурные инвестиции в район, но что-то не пошло дальше нескольких визитов.
А я вдохновился духом и историей Палеха настолько что вот со второго раза, но всё же получил уже в 2025 году поддержку Президентского Фонда Культурных Инициатив на реализацию проекта по популяризации Палеха и его феноменальных мастеров. Прямо сейчас мы снимаем документальный цикл, издаем памятную книгу к 100-летию школы палехской лаковой миниатюры (которое отметили в прошлом году) и будем делать небольшой фестиваль в регионе осенью, куда обязательно будут приглашены и коллеги из Альянса, и уважаемые делегаты из Бахрейна и других дружественных нам стран.
Со второй структурой ММФ мы подписали соглашение и учредили совместно фестиваль искусств, «BAFFER» — BRICS ART FESTIVAL of the FAR EAST REGION.
Он пройдёт в Хабаровске как Дальневосточный этап большого Муниципального форума БРИКС, который по значимости уже приближается к ПМЭФ и ВЭФ, и состоится 20 ноября в Санкт-Петербурге уже в 7-й раз.
Наш же фестиваль в Хабаровске уникален тем, что в основном посвящен искусству, это и театр, и опера, кино, анимация, литература, живопись и даже цирк! Проходить будет с 12 по 20 октября, и как раз приурочен к дню основания Хабаровского края (20 октября).
Деловая повестка также есть и она серьезная, планируется обсудить кроме муниципального взаимодействия со странами БРИКС, также и северный морской путь, и крупные туристические проекты, и даже при поддержке Росфинмониторинга и Международного движения по финансовой безопасности соревнования среди учащихся и деловой круглый стол для обсуждения современных вызовов.
И те коллеги и гости, кто не принимает участия в форуме БРИКС в Питере могут принять участие в Хабаровске. И соответственно наоборот. Или вообще можно посетить оба мероприятия!
Также мы учредили ежегодный книжный фестиваль, который будет проходить в Хабаровске впервые и станет ежегодным, в отличие от BAFFER, который с большой вероятностью в следующем году примет республика САХА Якутия.
Кстати, учитывая, что литература и кино в нашей бизнес-страте занимают центральное место, и в моей душе тоже, после православия, выстраивание международной коммуникации в этих областях — это очень важно и своевременно. Кстати для решения этих задач мы открыли офис в Бразилии, как раз в год председательства этой замечательной страны в БРИКС.
— Несёт ли форум в Хабаровске экономическую, а не только культурную пользу?
Да. В рамках Муниципального форума БРИКС будут приглашены мэры и губернаторы из разных городов и разных стран. Они приедут чтобы посмотреть как устроен Хабаровск, Далтний восток России, как хороша, гостеприимна и красива русская земля, это прямой стимул туризму, а главное — многим гостям есть чем поделиться, своими практиками, опытом из жизни и работы их муниципалитетов. Не все они универсальны и адаптивны пот такие разные регионы и страны, но важно начать общение, и профессионалы и патриоты своих малых родин всегда найдут и увидят хорошие инициативы и придумают как их воплотить у себя. Бизнес может поднять интересующий его вопросы, и задать напрямую руководителям регионов и федеральным чиновникам в режиме дискуссии на пленарных заседаниях и круглых столах.
Кроме деловой программы повторюсь пройдет обширный фестиваль искусств, и мы будем делать большой упор на развитие креативных индустрий в регионах, а значит создавать арт-кластеры живописи и кино, литературные кластеры, мастерские, дома писателей, актеров, а также развивать сферы важные для стимулирования книги издательства . Как своего рода культурный технопарк — арт-кластер креативной индустрии. Собственно созданные и успешно функционирующие во многих уже субъектах России агентства креативных индустрий напрямую подчиняются губернатору или мэру, в случае Хабаровска это подведомственно Министерству культуры. Вот мы и посмотрим, а есть ли такие организации за рубежом и покажем свой опыт организации этой работы. В свою очередь иностранные гости смогут показать свои наработки и пообщаться на площадке, как на ПМЭФ или форуме в Казани. Самый главный экономический драйвер — это эффективные и интересные практики, которые можно реализовать, с учётом особенностей разных стран.
Например, в Бразилии наши партнёры в небольшом нефтяном городе Марика создали опираясь на нефтяные роялти, которые получает регион и непосредственно город, технопарк по производству продуктов питания. Они за муниципальный счёт построили большой технопарк, закупают рыбопродукты и овощи, фрукты у местных малых фермеров, там перерабатывают, сделали бренд и продают по региону и уже выходят на федеральный и международный уровень. Фундаментальное на несколько сотен рабочих мест предприятие дало гениальный драйвер роста экономики региона. Люди трудоустроились, получили доступ к свежим продуктам, ещё и соседние регионы снабжают. А всё это на деньги муниципалитета.
В чистом виде социализм. То есть они взяли государственные деньги, заработанные от нефтедолларов, и дали их местному населению через технопарк. Интересный опыт! Может он в России не пригодится, может он в другой стране пригодится. Но повстречаться эти люди могут у нас, в Хабаровске.
Не говоря уже о прямых b2b продажах, так как на форуме будут представители кинобизнеса, литературы, издательств и агентств, зарубежные и отечественные, которые могут уже на месте заключить договоры, а мы будем их стимулировать, подводить итоги сессий, собирать контакты и повестки и результаты встреч.
В лице этого форума БРИКС выполняет свою клубную функцию, в котором люди собираются подумать, поговорить, познакомиться, провести культурную и деловую программу.
— Расскажите подробнее про дипломатическую работу в Бразилии.
— Расскажите подробнее про дипломатическую работу в Бразилии.
Она скорее не дипломатическая, а около дипломатическая, так называемая общественная или гражданская дипломатия.
Общение на книжных выставках-ярмарках по всему миру показало, что и люди, и чиновники и бизнес рады видеть русских, но запрос у всех выше и шире, всегда и везде спрашивают где же ваше правительство? Где официальные лица? Вы конечно молодцы что приехали и вот стенд у вас неплохой, но мы хотим видеть другой уровень представительства, предлагают статус главного гостя или официально партнера, а что мы можем ответить? Мы просто общественники, не говорим от имени государства и по сути всё государство не представляем.
Если в Китае например, на Пекинской международной выставке-ярмарке Российский институт перевода, в полной мере представляет Россию и Министерство цифровых технологий, делают совместно международную премию для переводчиков, и вообще ведут огромную работу, и мы даже помогали им чуть чуть совсем, этом и прошлом году, то и результат там есть и отношение к нам совсем другое. Но Китай есть Китай, важнейший партнер, да и огромная граница общая, общая история, и то не хватает людей и ресурсов на выстраивание такого взаимодействия какого заслуживают наши потенциалы.
Что говорить про Латинскую Америку и Бразилию которые очень далеко.
В латиноамериканское направление по литературной международной работе были попытки зайти через Кубу, где серьёзное авторитетное писательное сообщество, и через Венесуэла, но в этих странах всё сложно.
Бразилия виделась открытым рынком, интересным и существующим по западным законам экономики. Но оказалось там всё гораздо глубже и интереснее с точки зрения политики и бизнеса тоже. По отношению к России они расположены гораздо честнее, чем многие другие страны, которые позиционируют себя как наши партнёры.
Не словом, а делом бразильцы доказали свою дружбу, и делом с нашей стороны станет открытие в этом году Русского дома по партнёрской программе Россотрудничества. Собственно Евгений Примаков когда услышал эту идею — сразу поддержал её.
Так вышло, что Русского дома никогда не было в Бразилии по разным причинам, несмотря на более чем 200-летнюю историю взаимодействия наших стран. Россия вообще одна из первых стран, открывших своё консульство в обретшей независимость Бразилии.
Это партнёрский Русский дом, грубо говоря, организация, без дипломатического статуса. Но мы действуем в рамках соглашения, своего рода франшиза Россотрудничества, гражданская дипломатия.
— Бразильский Русский дом является торговым местом?
— Ни в коем случае не торговое, в первую очередь — культурное. Торговлей занимается в нашей структуре занимается Евразийское книжное агентство. А Русский дом занимается культурной, лекциями, выставками, фестивалями, концертами и другими мероприятиями.
У нас уже на концерте в Сан-Паулу приняли участие скрипач Пётр Лундстрем, тенор Михаил Нор, а также Никита Анисимов — члены общественной палаты РФ и важный подвижник в развитиии русско-латиноамериканских отношениях. Кстати, они очень помогли нам своим приездом, самостоятельно добрались за свой счёт до Сан-Паулу, а мы всего лишь навсего помогли им в Рио устроить концерт для соотечественников, приуроченный к 80-летию Великой Победы — это было первое мероприятие, организованное Русским домом в Рио-де-Жанейро.
— Русский дом физически существует в нескольких зданиях, в разных городах или есть какая-то центральная база?
— Конечно есть четкая понятная структура, и кстати организация РОССОТРУДНИЧЕСТВО — отмечает в этом году 100-летите. Русский дом — это на сколько я знаю формулировка последних лет, неформальное название.
100 лет назад появилось Всесоюзное общество культурной связи с заграницей (ВОКС). В его работе принимали участие элита той эпохи, как бы сейчас сказали амбассадоры: Владимир Маяковский, Сергей Прокофьев, Дмитрий Шостакович, Михаил Шолохов и многие другие. Далее общество трансформировалось и эволюционировало, и сегодня это очень эффективная авторитетная структура с широкой сетью представительств и серьезным центральным аппаратом, который располагается в Москве. Руководитель всем хорошо известный Евгений Александрович Примаков.
Если говорить про классическое устройство Русского дома, то это, как правило, особняк, отдельно стоящее здание. С возможностью обучать русскому языку, подготовительным курсам для студентов, и школы для детей эмигрантов и консульских работников, библиотека, конференц залы, концертный зал и даже кинотеатр. Двух одинаковых в мире нет. И по количеству сотрудников и по наполнению и влиянию в странах базирования. В более чем 100 странах мира были Русские дома, но некоторые были упразднены. На сегодняшний день действуют 87 в 71 стране мира. В нашем случае, он будет находиться в Рио-де-Жанейро. Пока он в виде офисного пространства в центре города. Оформление еще не завершено, так что формально мы подписали соглашение, но официально еще не открылись как общественное пространство, но Ряд мероприятий уже провели и продолжаем проводить. Идут переговоры с муниципалитетом Рио, который хочет помогать развиваться инициативам российско-бразильским, о поиске места под строительство особняка или о льготной аренде уже существующего, в нём провести реконструкцию и разместить Русский дом. В некоторых странах используется формулировка «Русский центр науки и культуры». В нашем случае эта формулировка как раз олицетворяет, чем мы занимаемся. Кроме культурных мероприятий, мы помогаем студентам российским и бразильским налаживать общение, вузам — обмен студентами, создаём подготовительные курсы для поступления в российские вузы бразильских студентов и проводим лекции по русской культуре, русской истории. Как ни странно, местная молодёжь, дети это знают и даже интересуются современной политикой России.
Во многом это наследие укоренившихся в обществе коммунистических, троцкистских и неомарксистских идей. В Бразилии очень сильно влияние коммунистических и троцкистских партий. Собственно в сознании многих жителей Земли коммунизм равно Россия.
Многие знают и уважают Владимира Владимировича Путина. В России видят силу. Когда мы поняли, что Бразилия тоже попадает в нашу ось, то, как я сказал, в Китае и Индии мы уже работаем, в России, разумеется тоже, в Бразилии Русский будет открыт в этом году, и в ЮАР у нас есть партнёры. Круг замкнулся — все основатели БРИКС есть в наших проектах.
Дети мира — время дружить
— Говоря о международных проектах, можете рассказать больше о конкурсе «Дети мира — время дружить»?
— Да. Пока в этом году конкурс в изобразительном искусстве, а в следующем году мы перейдём и в литературную плоскость. Как вы знаете, это потрясающая инициатива. Председатель жюри художница Ирина Маркова-Шагал. Мероприятие поддерживают и Союз отцов, и Союз матерей, и многие другие организации. Конкурс призван объединить детей. Мы взрослые вроде как занимаемся какой-то общественной дипломатией, а дети они вообще не понимают что такое «дипломатия». Но этот конкурс — это точка сборки, место, где мы можем показать нашим детям чем мы занимаемся, можем показать иностранным партерам и просто жителям дружественных и не очень стран, что Россия прекрасна и открыта, и финансирует международные проекты. Кстати, этот конкурс также будет представлен в Хабаровске, приедет сама Ирина Маркова-Шагал, будет вести секцию живописи, будет выставка её картин и мастер-класс.
— Как вы думаете, есть ли у этого конкурса коммерческая сторона? Возможен ли аукцион детских работ?
— Аукционы чего либо это какой то отдельный бизнес, специфический процесс и им должны заниматься профессионалы этого дела. Пока на данном этапе аукцион картин, если он и состоится, выглядел бы несколько наивно и даже наигранно, конечно родители могут поощрить и своих и чужих детей купив работы, но отдавать деньги детям, не факт что уместно, на благотворительность явно недостаточная сумма наберется, я бы дал подрасти еще конкурсу для таких решений. Решать не мне, конечно, а оргкомитету. Но мне кажется логичным, если бы доходы от аукциона пошли бы на развитие самого конкурса, чтобы в следующем году он мог охватить литературу. Пригласить больше иностранных участников.
Мы же как раз, когда была встреча в Общественной палате, утвердили, что будут номинации по детской сценаристике и детскому комиксу. Это новые варианты детского самовыражения и развития собственных навыков. Я бы сказал, что мы через этот конкурс создадим инфоповод, а дальше мы можем создавать сообщества писателей и живописцев, в регионах. А потом эти региональные сообщества могут продавать своё творчество за рубеж, например на базе Русского дома в Бразилии. И так они смогут получать прямой доход. От этого экономике России ни холодно, ни жарко, но конкретных людей мы поддержим. А у нас и так поддержки художников не много, они всё вынуждены делать за свой счёт: рисовать, выставляться, продвигать себя. В Москве и Санкт-Петербурге разве что есть городские выставки, но в регионах художники предоставлены сами себе. Литературная премия БРИКС
Литературная премия БРИКС
— Возвращаясь к БРИКС и литературе. Расскажите о литературной премии БРИКС.
— Когда мы пришли советоваться в Книжный союз по этому поводу, они сообщили, что давно уже это придумал Захар Прилепин и зарегистрировал «Литературную премию БРИКС». Тогда мы с ним связались и депутатом Госдумы Дмитрием Кузнецовым, провели совещание, поделились наработками и объединились в реализации этой премии.
Этот конкурс учреждён в апреле 2024 года, идёт создание региональных дирекций. Я вхожу в совет директоров, каждая страна выдвигает директорат, которые в своей стране должны собрать жюри, а оно в свою очередь отбирает претендентов на премию.
Сейчас механизмы работы будут шлифоваться и дорабатываться, но пока принято решение, что номинироваться будут не произведения отдельные как таковые, а авторы по совокупности достижений за десятилетие их трудов, то есть авторы, которые в своей стране или в мире признаны заслуженными деятелями литературы, отразили душу своей страны в творчестве.
Одним из важнейших критериев отбора является соответствие традиционным ценностям стран БРИКС. Отдельная группа учёных работает над тем, чтобы сформулировать эти общие ценности и выделить некую общую ось, единые понятные идеи. Описанные и в Толмуте, и в Библии, и в Коране — это единые и всем понятные ценности.
— Знаете ли что-то о караване дружбы, который идёт из России в бывшие советские республики?
— Знаю, не так много, но знаю что он есть. И это выдающийся пример налаживания отношений между народами. Если честно, очень хочу поучаствовать, но уже так много мероприятий, которые надо организовать, поэтому надеюсь всё успеть.
