В середине марта 2026 года на телеканале «Россия 1» вышел сериал «Князь Андрей», широко заявленный как историческая сага. Однако он вызвал больше вопросов, чем ответов и получил неоднозначные отзывы зрителей и профессиональных кинокритиков. В коммуникационной среде разразилась острая дискуссия, затрагивающая проблемы этого кинополотна.
Первый заместитель главного редактора газеты «Президент» Владимир Васильевич Лищук обратился с этим вопросом к известному культурологу, старшему научному сотруднику факультета журналистики МГУ, заслуженному научному сотруднику МГУ, академику-секретарю секции «Литература и просвещение» РАЕН Князевой Марине Леонидовне.
— Марина Леонидовна, уже больше месяца в медийной среде идёт обсуждение телесериала «Князь Андрей», вызвавшего огромное число негативных отзывов у профессионалов-историков. У Вас, как у известного культуролога, специалиста по русской культуре, есть своя позиция, которую Вы обозначили в публичном поле. Почему Вы пришли к необходимости высказать публично своё мнение об этом фильме?
— Меня побудило возмущение этим информационным продуктом и обида за наш народ. Простите меня за резкость, но я считаю этот сериал неприемлемым. Именно чувство тревоги и совести заставили меня взяться за перо и выступить со статьёй об этой ленте.
— Прямо так горячо?!
— Да, задело за живое. Подобный подход к фильмам о русской истории можно рассматривать как культурную провокацию, как очень опасную тенденцию, развивающуюся в нашем информационном поле в последние годы. Это тренд на авторский произвол, на вольное и предвзятое обращение с нашим прошлым. И он приносит урон. А ведь в сериале взят один из ключевых, поворотных, можно сказать – фундаментальных моментов нашего прошлого, и он очень остро рифмуется с нашими нынешними событиями. Вся наша современность прорастает из тех решений и поступков. Он современен как никогда.
— Вы, как я вижу, в своей позиции не одиноки. В чём же состоят Ваши претензии?
— Их много. И они взаимосвязаны. Первая, самая простая- недостоверность «исторического» составляющего, небрежность и произвольность. Разность того, что обещали и того, что вышло, поистине кричащая.
Обещали точность исторических деталей, а вышла, наоборот, сплошь подделка, не имеющая ничего общего с подлинностью. Фильм огорчил именно этим последовательным расхождением громогласной заявки и весьма скромного результата. Комментаторы в сети выражают чувства от недоумения до яростного возмущения и неприкрытой насмешки. Среди них, например, историк, писатель и реконструктор Клим Жуков. Он ответил видеофильмом «Андрей Боголюбский, а ты точно князь?» Последовательно и аргументированно специалист-реконструктор поднимает на смех наспех изготовленные образчики псевдо военной и псевдо княжеской одежды, доказывает её не столько неточность, сколько абсурдность: герои-воины обряжены в клоунские «броники» из кожзама, обрекающими своего героя на гибель. Князь и бояре шастают по неприбранному неопрятному подворью в линялых дешёвых по тому времени льняных рубахах. Героиня – возлюбленная князя и вовсе выходит на люди в исподней рубашке, чего уважаемой женщине было невозможно под страхом позора. Общее мнение: костюмы в сериале были позаимствованы из секс шопа и представляют собой элементы БДСМ культуры.
Эти огрехи в реквизите и одежде были бы, может, милы и любопытны, если бы, опять, не громогласные обещания промоутеров: мол, на нас грядёт масштабная историческая сага. Но суть дела не в неточностях деталей. Из них встаёт проблема куда более серьёзная. И – нет, тут не ошибка реквизитора. Тут – искажение образа страны, её духа, её атмосферы , сути ей истории. Историки выступили с подробными разоблачениями сериала, в том числе – объясняя его авторам, что храмы и города в ту эпоху – это не исторический фон, не декорации, а это особый «голос народа», каменная музыка, заветная летопись его развития. Вот этот голос народа тут оказался нарушен и искажён. В сериале князья и бояре – то бишь элита российского общества ХII века, существуют в тёмных узких помещениях. Преимущественно деревянных. Тут читается своего рода пространственная метафора: узости, мрака и придавленности народа. Создаётся образ забитой, тёмной, грязной бедной страны. Общий образ нашего прошлого — темнота. Темное время. Образ мрачной, беспросветной Руси.
— А разве не таким было то время? Средневековье всё-таки.
— Где-то, может, средневековье, а где-то рост и цветение. В этом мрачном образе прошлого мы используем наезженные стереотипы, европейскую хронику, западные термины, то есть смотрим на Русь глазами запада и демонстрируем стереотипы восприятия и описания, клише, выработанные в Европе о нашей стране.
А между тем именно домонгольская Русь была уникальным периодом мировой истории!
— То есть Вы предлагаете по-другому изображать русское средневековье? А на чём Вы основываетесь?
— У нас есть мощный круг исследователей России, и они очень продуманно и убедительно описали наши проблемы и искажения в отображении русской истории. Среди них первым я бы назвала Михаила Васильевича Ломоносова, который много сил и страсти положил на то, чтобы противостать немецким выходцам, получившим приоритет в описании российского становления. Чего стоят его драки с Миллером и ссоры с Шлейцером в Академии наук! Западная, немецкая точка зрения оставила очень сильный отпечаток на понимании нашей страны. В результате всё проблемное поле нашего развития изобилует фейкамии, стереотипами и просто прямой ложью Сама история сегодня стала ареной духовного противостояния. Сейчас наступило время доделать эту работу – и это труд обретения нашего ментального суверенитета. С позиции понимания остроты этого момента фривольный сериал очень неуместен. Да, он впервые взял материал Х11 века, но тут я вижу особую ответственность, а не условия для вседозволенности! В итоге всех искажений перед нами вышел образчик антирусского миропонимания.
Ничего лучше, чем кропотливое воспроизведение жизни и быта великих ранних лет восхождения Руси кропатели сериала не нашли, как воспользоваться русофобскими стереотипами.
Фильм словно призван стать демонстрацией мнения о России канцлера Германии Мерца, сказавшего, вслед за Гитлером и Маркизом де Кюстином, что Россия страна варварства. Вот эти серии и дают нам картинки этого повального варварства. По экрану бегают какие-то сальные лохматые мужики с грязными длинными шевелюрами а-ля англичанин БОрис Джонс.
Трудно объяснить этот нелепый вид у великих русских князей, знавших наизусть Священное писание, жившие сообразно «Поучению к чадам» Владимира Мономаха, стоявших часами на службе, одетых в золотые шелка византийские, украшенные многорядными бармами, в парчу тяжёлую, носящие серебряные печати, и торгующие с Европой мехами и жемчугами и живущих в светлых чертогах. И, кстати, единственные в Европе регулярно моющиеся в бане. В сериале — никаких шелков, жемчугов многорядных и никаких каменных хоромов! И никаких кольчатых кольчуг! Тут – натуральное царство дикости – все герои просто придорожные бандиты, одетые в кожзам с дешёвого рынка, хоронящиеся в каких-то амбарах, какие-то дикие лесные орды, говорящие на современном криминальном сленге! Всех их волнует, используя слова Воланда, «квартирный вопрос». Они неутомимо делят земли. Их душит алчность и терзают иные порочные страсти. В кино этом всё подло, порочно, грязно, вонюче и безобразно.
Так, кстати, выглядели именно жители средневековой Европы, банды вооружённых голодных вассалов шныряли по лесам праевропейства, неграмотные, алчные, жестокие. Именно таким предстаёт западное средневековье в массе свидетельств. На Руси в ту пору развивается книжность, и кстати, одним из ключевых требований к чадам у Владимира Мономаха было чтение книг! Весьма современные мысли…Стремление к образованию, к просвещению, к уму, к развитию мысли – один из ключевых параметров русской истории, её глубинный культурный код. Однако наши западные соседи перенесли в русскую историю зеркальное отражение собственной дикости. Именно такой логикой выстраивается сериал.
Авторы фильма собрали квинтэссенцию гадости и мерзости дикой и подлой жизни. Если любовь – то порок и разврат, прелюбодеяние. Если отношения отца и сына – то недоверие, удушение и подлая вражда. Если князь – то сумасшедший, самодур, деспот и грубиян. Если братья – то кровавые конкуренты. Если дом – то хибара, темница, тёмный угол, где хорошо живётся разве что тараканам. Впрочем, кажется в ту пору на Руси ещё не было тараканов, их позже завезли к нам из «просвещённой» Европы.
Невозможно не согласиться с мнением писателя, кинодраматурга и публициста Алексея Солоницына, высказанным им 30 марта на портале «Православие.ру»: «Дело в установках, задачах, которые режиссер ставит перед актерами… сериал от серии к серии все больше становится именно мелодрамой на сюжет как бы исторический, а на самом деле служащий лишь фоном событий. Нам показан вроде бы XII век, в котором … получилось кино, где у героев нет психологических, драматических сложностей… не характеры, а маски… персонажи, в которых видна лишь одна краска – штамп, выработанный актером, который переходит из одного сериала в другой». Не надо широко вещать на всю страну, что вы представляете чуть ли не эпопею «Война и мир». А в результате выходит посредственный мелодраматический сериал с криминальными вставками… Создатели фильма обходят как раз историческую основу событий… Где же здесь «масштабное историческое кино»? Создатели сериала вовсе не обратили внимание не только на зодчество и иконопись Древней Руси, но и на всю историческую основу своего дела…
— А Вы готовы что-то противопоставить этой точке зрения? Ведь мало отрицать, нужно что-то и противопоставить. Какой, на Ваш взгляд, была истинная Русь Х11 века? Ведь у нас так мало документов о том времени.
— Мало-ни мало, но вполне достаточно, чтобы дать расшифровку эпохи, сделать ту работу, какую делал Пушкин – он один из первых начал создавать образ истории Руси, и он провозгласил, что история народа принадлежит поэту. Его метод – психологическая расшифровка истории. Вот для неё у нас материалов вполне достаточно. Те же летописи. Несмотря на лапидарные записи, летописи заполнены визуальным рядом, огромным числом «ликов», картинок, миниатюр. Я их воспринимаю как своего рода исторические комиксы, документальные материалы. На них есть и дворцы, и храмы, и одежда, развёрнутые свидетельства той поры. ХII век – время активного развития нашей литературы, летописания. Именно при Андрее Боголюбском наша культура получает импульс к развитию литературы. Многое умный въедливый человек может «считать» о жизни того времени. Эпохи начального расцвета Руси, Ранняя Русь.
— Ранняя Русь?
— Да, я именно так предлагаю называть этот этап нашей страны. Меня, как и Князя Андрея, не устраивает идеология «Киевской Руси». Очень неудачный ботанический термин предложил этому периоду русской истории в ХIХ веке (!) профессор Михаил Максимович, — естествоиспытатель по специальности – Киевская Русь. Давно отживший, ненужный термин. С моей точки зрения, нужен иной термин, не ботанически, не географически, а хронологически определяющий этот период — РАННЯЯ РУСЬ. Эпоха Ранней руси это время национального подъёма, пассионарного толчка, высокой энергийности народа. Моя точка зрения очень близка с позицией моего учителя Дмитрия Сергеевича Лихачёва.
Период Х1- начала Х111 века на Руси (до монгольского нашествия) — особая эпоха в жизни нашей страны — эпоха градостроительного восторга. Строительная энергия владеет молодым этносом. Об этом убедительную статистику создал Д.С.Лихачёв, опираясь на летописные источники, он описывал уникальный исторический пик развития: в 9-10 веках на Руси создано 24 города; в 11 веке – 88 (!!!) городов; 12 век — плюс ещё 119 (!!!) новых городов, а в 13 веке, до похода Батыя (то есть за 30 лет) основано ещё 32 новых города. Итого на Руси создавалось каждый год по городу! Мировой рекорд! Так не об этом ли нужно видеть сны и снимать сериалы?
Строят упоённо, окрылённо, щедро, роскошно. Купола кроют чистым золотом, и растут города, храмы, монастыри и терема, сияя под синим небом чистым дорогим свечением. Это было время грандиозных идей. Народ создавал себя, страна формировалась. Лихачёв отмечает: «Стиль ХI-ХIII веков – единый стиль – динамический монументализм. Это стилистическая формация всей культурной жизни. Это мышление широкими масштабами, разрешение основных проблем бытия, осмысление истории существования Руси…»
Тот великий период русской истории можно назвать Золотыми воротами русской цивилизации. Мысль стремилась к преодолению огромных пространств, к передвижению больших масс, она напоена ощущением красоты тяжести и красоты преодоления этой тяжести, её увлекают значительность и вечность образов.
О, человек русского средневековья был далеко не так прост, как его показывают нам в сериале. И, нет, он не является подобием пахана из русских 1990х. Над фильмом витает дух «Бригады», и герои напоминают нам среду трагического распадного периода нашей недавней истории. Типажи фильма – Юрий Долгорукий – пахан из криминальной тусовки с грубыми манерами и простодушной безжалостностью. А что Князь Андрей? Казалось бы, вот он, русский Гамлет с его сомнениями и мечтами? Но нет, и Гамлет не вышел. Шляется по экрану такой себе диссидент-не диссидент, представитель андеграунда, лохматый, нечесаный, обросший, и о да – конечно же, в костюме из ближайшего секс-шопа. В сериале исторический разгон у персонажей невелик – все они родом из нашего недавнего прошлого, из 1990х. То есть тут эстетика чернухи, перенесённая в прошлое. Такой себе жанр исторической жернухи.
— Что за историческая чернуха? Как это? Вы говорите о том, что вышел целый ряд фильмов о русской истории, ставших творческой неудачей и вызвавших шквал критики. Какие ленты Вы имеете в виду?
— В последние годы выходит много фильмов о русской истории. Это не случайно. Общество переживает пересмотр своей судьбы, своих истоков. Это закономерно для турбулентного времени, тут насущная потребность самоопределиться, точнее понять, кто мы. Есть образцы великолепной культуры работы с прошлым, таких фильмов становится всё больше. По-настоящему умное, тактичное, просветительское кино. В том числе – сериал «Павел первый и последний». Вообще можно сказать, что ХVIII веку в нашем кинематографе повезло больше всего. Это площадка хорошо уже проработанная, обжитая нашими кинематографистами. Но вот истории Ранней Руси у нас не повезло. Это произошло ещё в приснопамятном «Викинге», 2016 года. 10 лет прошло со дня выхода «Викинга», а замечания к новому сериалу повторяются почти слово в слово. И та же небрежность и предвзятость в работе с историческим материалом, и ещё кое-что общего.
— Вы можете обобщить, что общего в этих неудачах? Кстати, о «Викинге». Я тоже ходил на этот фильм с внуком, после некоторого времени я вынужден был уйти. Такой кровавый ужас детям показывать нельзя.
— Об том и спич! В этих фильмах не исследование истории, а создание кровавой версии фейков о русской дикости. Вместо того, чтобы духовно обогащать, фильм бьёт по нервам. Это происходит многократно, но особенно кричаще — в сцене обезглавливания боярина Кучки, придуманной автором. Якобы Юрий Долгорукий в исполнении Александра Балуева рубит боярину голову. Нет такого в летописи. А в фильме голову бедному Безрукову рубят прямо в кадре, на крупном плане. Почти одномоментно с сериалом «Князь Андрей» на телеэкранах идёт другой фильм – «Павел Первый и последний». В нём дана история пугачёвского бунта, итогом которого действительно становится редкая по русской жизни казнь отрубанием головы. Так вот. В истории она доподлинно есть, а в фильме мудрые авторы показывают её метафорически – кадр на топор и зажмурившееся лицо наследника. А в «Князе Андрее» её не было, но она выкатилась на крупный план. И тут не просто отсутствие вкуса и стиля, в одном случае авторы фильма берегут нервы зрителей и понимают, что эстетика для народа должна быть деликатной, а во втором фильме забубённо рубят сплеча. И уже одно это признак низкого качества телепродукта. Показывать его детям нельзя. Так в чём тут разрекламированное просветительство?
Режиссёр перепридумывает историю и делает это крупным фронтальным кадром, чтобы максимально эмоционально ранить зрителя. А так как Кучку играет неутомимый завсегдатай сериалов Сергей Безруков, то возникает отвратительное чувство, что у тебя на глазах надругались над близким человеком, практически родственником. Эта подмена фактов ничему хорошему не служит и ничего доброго не вносит, а только формирует отталкивающий образ негативного, грубого и примитивного народа, и его водителя — князя-деспота, каким вынудили выглядеть Балуева в роли Юрия Долгорукого.
Отрицательная харизма этого на самом деле сильного энергичного человека полностью вытесняет и затмевает государственный смысл его деятельности. И вот он таков, первый москаль! Улавливаете? Какова подоплёка этих вольных домыслов режиссёра? Тем же МЕТОДОМ УМАЛЕНИЯ пошел фильм в отображении и других исторических персонажей.
— Вы тут видите не просто творческую неудачу? А что ещё? Злостный умысел?
— Надеюсь, что нет. Просто незрелость, духовная неготовность к задачам того уровня, которые решала русская история. Если хотите- духовная немощь. Отсюда метод – не расти до высот исторических задач, не духовное усилие, а стремление свести громадное до мелкого. Измельчить великие саги до обывательского уровня мышления. Да, в сериале искажена одежда, архитектурная среда, речь — но самое главное искажение происходит в самом духе, в отображении атмосферы и образа жизни встающий и зацветающей юной страны. Авторы последовательно пошли по пути подделок. Тут не просто собрание частных обманов, а целостный большой обман, ибо это обман в стиле. В интонации. Обман в духе.
Из мелких тошнотворных деталей собирается образ нищей варварской страны, образ исторической безнадёжности. Изготавливается фейк. Избранный период — это постепенный переход от материального сознания к духовному мышлению. Его и нужно рассматривать с духовных позиций, а сериал пытается отобразить события, имеющие духовную природу, по логике социальной.
— Итак, общее в неудачах исторических полотен лежит в сфере мышления авторов?
— Мне очень приятно, что Вы тонко понимаете, что именно я имею в виду! С моей точки зрения – эти фильмы если не пустые, то ненагруженные в смысловом плане.
В этих фильмах отсутствует духовное пространство. Конечно, могут сниматься ленты без всякого духовного элемента. Но это ленты о чём угодно – о преступлениях, о флирте – но не те ленты, где темой напрямую избираются духовные этапы становления народа. Причём, тут нет никакой духовности – ни ведической, ни православной. Рассмотрение человека останавливается на уровне первичных инстинктов. Это ложь не только на русский народ, но и на человека в целом как на вид, основные проблемы жизни у которого разворачиваются именно в экзистенциальном пространстве.
Итак общее у наших мастеров художественной квазиистории: это полное отсутствие духовного подхода, духовных событий – вообще духовного сознания. От того они плоские, а захватывающий сюжет борьбы смыслов в них подменяют трюки и острые элементы детективов для подростков. Они не мыслят – они тупо дерутся. Этот подростковый уровень мышления выражается в абсолютной плоскостности. Плоскостная ткань этих фильмов делает их очень скучными, вроде все бегают и падают замертво, а ощущение заунывное, депрессивное. Мир, не освещенный радостью осмысления.
— А другие кинокритики разделяют Вашу точку зрения? Вашу позицию? Ведь мы говорим о дискуссии?
— Появление этого сериала немедленно породило шквал негативных реакций, и от «простых» зрителей, и от профессионалов-историков и в целом знатоков и радетелей нашего прошлого, людей неравнодушных. Навстречу этому шквалу критики появился «встречный пал» — пошли косяками благостные примирительные и убаюкивающе-позитивные тексты. Вершиной этого нежащего потока комплиментов стала статья в «Комсомольской правде» кинокритика Дениса Горелова «Тихий Он». Горелов известный автор со своим авторским взглядом и хорошей эквилибристикой слова. Его статья – великолепный пример автономной журналистской самолетящей мысли. С большим остроумием он встраивает в общественную дискуссию идею о том, что Князь Андрей Боголюбский – вовсе не князь, а… средневековый вариант Григория Мелехова. А потому творческая энергия создателей фильма имеет основания преображать реальность так, как ей замысел подсказывает- то бишь, как ей заблагорассудится. По ходу этих вольных штудий на тему фильма критик с лёгонька треплет за нос историков и всех тех, кто предъявляет к фильму требования какой-то достоверности. О них он отзывается с насмешливым высокомерием, как о людях с убогим, ограниченным сознанием. О да, образ Мелехова стал историческим, ибо это типичный человек в типичных обстоятельствах, и в этом смысле – он представляет буйное время революционной турбулентности. Но это всё же литературный персонаж, и автор волен строить его в соответствии со своим личным видением — а в кино об Андрее Боголюбском взят именно реальный исторический человек, знаковая фигура, один из великих русских святых. Обращаться с ним фривольно? Ведь авторы сериала сами назвались историками, а не фантазёрами на историческую тему. Ведь должна же быть жанровая честность – не хочешь возиться с кольчугами и княжескими покоями – не заявляйся в роли летописца. А если фильм заявлен по епархии исторической саги, то изволь и ответ держать сообразно заявленному. Так что текст Горелова – великолепный образец изобретательности и остроумия в деле притягивания за уши посторонних аргументов, но он ничего не проясняет в дискуссии, а просто стремится увести её от главных вопросов, терзающих растревоженное общество.
— Так кем же он был, Андрей Боголюбский? Что не смогли учесть авторы сериала?
— Фигура князя Андрея Боголюбского у нас недооценена. Она очень важная, гораздо более серьёзная. Этот человек совершил духовное деяние, он определил духовную судьбу нашего народа, предопределил его будущее. Князь Андрей при всех своих ошибках и человеческих слабостях вошёл в историю как первый государственник-великоросс, он повернул путь, выйдя из заковыристой драматургии киевского стола и вечной битвы за наследство. Он увёл Раннюю Русь в Залесье и Ополье, чтобы наступил новый виток развития русской государственности и русской цивилизации. И он сделал это по любви и прозрению.
Перенос столицы Руси из Киева во владимиро-суздальскую землю есть проявление духовной зрелости, а не частного субъективного настроения. Это не порыв страстей, а стратегическая смена курса страны, весомый шаг к самоопределению. Летопись свидетельствует: Андрей остановился в пути , ибо ему явился во сне образ Богородицы. А в сериале обоз встал по выдуманной авторами ситуации: якобы жена Князя начала рожать. То есть в этом ключевом событии сериал нас дезориентирует и предлагает придуманные обстоятельства. Алексей Солоницын пишет по этому поводу:
«…Храмы этого времени – воплощение в камне идеала, который князь Андрей задумал, когда решил переместить главное княжество Руси из Киева. Из прежней столицы он ушел вопреки воле отца…И вот на этом пути встал весь обоз неподалеку от Суздаля. В сериале это событие мотивируется тем, что у Улиты, жены князя, родовые схватки. Ситуация, как и многочисленные другие, придумана авторами сериала.
В его житии, во всех описаниях как богословами, так и самыми авторитетными историками, речь здесь ведется о явлении Богородицы князю Андрею. Если бы этого не было, придумал бы это или князь Андрей, или летописец, как прямо говорят или подразумевают историки-атеисты, то почему тогда князь так чтил Пречистую на протяжении всей своей жизни? Так истово поклонялся ей, уповал на ее заступничество?»
То есть в подлинной исторической драме есть заветное зерно – сон Князя Андрея, или явление ему Богородицы как заступницы Новой Руси. В основе судьбы не киношного, а настоящего князя Андрея Боголюбского лежат события духовные. Это духовные шаги, это путь. На этом пути ему явилась Богородица. Показала себя. Вошла в его сон и стала его путеводным образом, идеей, его проводником. Чем не великая, певческая идея для настоящего сериала о ранней Руси? О великом народе, идущем подале от властных дрязг, чтобы воссоздать своё государство и свою цивилизацию на духовно чистом, новом месте, очищенном от суеты алчности и вражды? И это, господа артисты, доподлинный, а не выдуманный вами, факт русской истории. Она такая, русская история. Она наполовину на земле, наполовину на небе, в бесконечности делается. Вот оттого князь Андрей возвёл за свою жизнь 70 храмов Богородице, что была это небесная связь с её образом, с её идеалом. Его жизнь искала русло созидания и она шла по главному русскому пути- творчества и самопознания.
То есть в сериале происходит не событийное, а СУЩНОСТНОЕ ИСКАЖЕНИЕ. Идёт искажение и подмена самого смысла и сути русской истории как пути поиска великим народом пути своего самоопределения, своей всемирной самостности. Создатели сериала созидательную сторону русской истории не заметили. Точнее – дали её пробросом, как фон. Для них была важна мелодраматическая и криминальная составляющая, ещё бы, ведь именно на мелодраме и криминале воспитаны как современные зрители, так и киношники. Так чего же тут нового?
— А что бы тут могло быть нового? Чего Вы как специалист по России ждали?
— Вы правы, я принадлежу к тому огромному числу людей, которые ждали сериал с особым интересом и надеждами. Как и другие фильмы по русской истории. У нас огромный долг искусства перед историей. Историю Франции, например, мы воспринимаем сквозь поэтическую призму рыцарской поэзии, через образ рыцарей Круглого стола , «Песни о Роланде». Образ Англии воспринимаем через Шекспира, Шотландии -Вальтера Скотта. В России такого поэтического труда воспевания своей страны явно недостаточно. Мы хотели увидеть тонкий поэтический образ времени расцветания нашего народа на переломе его становления. Острая, пограничная, переходная эпоха! Выбор пути…
— А каким был Князь Андрей с исторической точки зрения?
— Я думаю, нам ещё нужна огромная творческая работа по пониманию и художественному отражению этого смелого и решительного человека. Он нашёл в себе силы разорвать традицию, совершить радикальный поворот в судьбе и в пути народа. Но исток этой силы был в первую очередь духовный. Он пережил озарение, некое пророческое ясновидение. И благодаря его прозрению мы обрели масштабный исторический обзор и безоглядный простор развития. Я думаю, что это был очень творческий человек. Мы сегодня уже на своём опыте видим разницу между московским и киевским мышлением, умонастроением, строением психики. Киев — это вечные раздоры, битвы за личные интересы, преобладание личного над общим, это неутолимая жажда хорошей и лучшей жизни, это эгоцентризм, ставший второй натурой. Перевод центра национальной жизни во Владимир, а потом в Москву означал и перенос центра тяжести мира, его оси. Это мышление целостностью, это осознание себя в первую очередь как части целого, это не локальность, не хуторянность, а вмещение целостного мира внутрь одной души. Вот это перекочевание столицы означает перемену стиля мышления. Это важнейшее, ключевое событие в русском становлении и в русской цивилизации в целом. Князь Андрей- первопроходец. Авторы сериала тоже стали первопроходцами, но их подвела неверная методология, ложная стратегия. Фильм искажает дух деятельности героя, так как не транслирует её смысловых посылов, искажает суть русской жизни, в нём нет духовного деяния, событий духа. Русского святого фильм показывает как заурядного обывателя. И да. Это слово найдено: фильм показывает историю глазами обывателя, с позиций обывателя, в интересах обывателя. И в нём выпукло даны сцены убийства и жестокости, что эмоционально ранит зрителя и делает зрелище психологически небезопасным.
Материал взят грандиозный, замах прорекламирован мировой, а зрелище вышло, рассчитанное на посредственность.
Создатели сериала, даже отобразив намёки на подлинные события, остались на уровне поверхностных небрежных набросков, суть происходящего они даже не попытались осмыслить. Такой взгляд из подворотни. Тут нужны методы шекспировские, а не навыки детских стрелялок, не шаблоны «Игры престолов». Почему я считаю этот фильм вредным? Да вот по этому по самому. Он делает подмену и вместо великих деяний выдающихся людей прошлого продвигает посредственный уровень мысли и создает отталкивающий негативный образ Руси. Где отсветы и отклики всего того уникального богатства духовного становления и высокого развития, которое проживал народ в ту эпоху? Огромная русская домонгольская культура отсутствует. Даже непонятно, как русские князья, по горло ушедшие в кровь и брань, сумели в промежутках между жадностью и подлостью возносить под самое небо кружевные башни, лить голосистые колокола, украшать стены владимирских храмов уникальной каменной резьбой?
Фильм показал «низ» без «верха», и таким образом перевернул саму русскую историю. Как же народ, погрязший в грехах и страстях, взлетел так высоко? Где тот ресурс развития, который вывел русский мир на первые места в мировой истории? Низменное мышление этого вопроса не видит.
Так-ресурс-то этот именно в духе. Резали и били друг друга в мрачную эпоху средневековья все народы. Шло формирование основных европейских этносов и их превращение в народы. Об этом писал великий Лихачёв. Но не все поднялись так высоко. Высота духа подняла наш народ на высокую историческую арену. И об этом следует думать всем нам, соприкасаясь с историческими уроками нашего национального развития.
Весь этот Великий духовный сюжет остался за рамками дерзкой вылазки ремесленников от кинематографа на русские просторы.
Правда, венчает всё это скопление грязи, гадости и подлости нежная витиеватая виньетка из исторических книг: что, мол, князь Андрей вошёл в русскую историю как великий строитель и признан святым.
Простите. А где тут святость в картине? В образе? В славах – святость, а в картинке – гадость.
Видать, ушлые киноделы под конец сами испугались сварганенному, и дабы как-то спасти свою поделку, прикрепили извинительные слова. Так слова-то об одном, а киношка вышла о другом. Вышел классический образец русофобии, приправленный трендами кино ужасов.
И это не просто невнимательный подход, не просто антипрофессионализм, я удар по устоям.
— В своих публикациях Вы высказываете идею о необходимости экспертного совета, оценивающего фильмы на историческую тему. Это что, новая цензура?
— Нет, конечно.
— А тогда что Вы имеете в виду?
— Есть у меня вопрос: кто у нас отвечает за сохранность народного духа и народной истории? Глядя на продукцию, которую выпускают коллективы кинодельцов, все эти поделки об Иване Четвёртом, Шаляпине, Владимире Святом и пр., просится вопрос: насколько допустимо выдавать свои личные фантазии за факты русского прошлого?
Кто дозволил автору сценария и режиссёру Давиду Ткебучава выдавать свою вольную больную фантазию за нашу историю?
И вот я спрашиваю: не пора ли нам создать экспертный, этический совет, орган народной самозащиты перед эмоционально травмирующей и морально опасной информационной продукцией? А также ввести моральную и юридическую ответственность за калечащие психику свойства такового продукта?
— Вы говорите о Совете. Каковы его функции и полномочия?
— Я трепещу при мысли о том, как повлияет на наших детей и подростков демонстрация подобных зверств на официальном экране. Кажется, уже истощила свою энергию криминальная стихия, рулившая у нас культурой на рубеже ХХ1 века, но вот пошла новая волна морального нападения на наш народ. Мне возразят: исток этого зверства в жестоких компьютерных играх. Но искусство призвано корректировать менталитет, а не пропагандировать худшие проявления индустрии промывания мозгов.
Нам и нужен творческий компетентный совет, этический орган, который призван помогать авторам, обратившимся к исторической тематике, и предупреждать от тех фейках и подделках, которые хлынули у нас на экран.
— В последнее время вышел новый Закон о продвижении искусством нравственных ценностей. Это как-то соотносится с Вашим предложением о создании Совета?
— Всё это очень тонкие, сложные материи. Эти вопросы не решаются прямым лобовым воздействием. У нас есть исторический опыт советской цензуры, которая ввела тучу немыслимых ограничений и в итоге привела к буйному развитию литературы « в стол», альтернативного и андеграундного искусства и сломало судьбы многих талантливых людей. Но главное, сделала большое ментальное зло – привела к недоверию к пафосу и позитиву, подорвала здоровые силы искусства, довела до того, что подлинностью обладала лишь интонация юмора. И именно этот иронический подход во многом привёл нашу страну к исторической трагедии распада. Об этом очень тонко сказал Александр Зиновьев, что Советский Союз сокрушила насмешка. Интонация насмешки подкосила цивилизацию. Я думаю, нам не нужно повторять неудачный опыт. Много лет тому назад в России был создан Федеральный Закон №436 от 29.12.2010 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Он был принят Государственной Думой 21 декабря 2010 года и одобрен Советом Федерации 24 декабря 2010 года.
Я была в числе экспертов, дававших анализ и обоснование для применения этого закона. Вопрос сложный. Применение подобного закона чревато разного рода искажениями и неправомерными запретами. Работа эта до сих пор не увенчалась ясностью формулировок. Но сегодня ясно: нашей стране сегодня необходима общественная и законодательная основа для оценки информационных изделий и для защиты нашего информационного пространства. Особенно взрывоопасной сферой сегодня оказалась история. В этой сфере, действительно, у нас ещё множество «белых пятен», лакун и недоработанных формул. У нас критически не хватает ярких, привлекательных, убедительных картинок отечественного становления. Можно смело сказать: мы живём в неизвестном, непродуманном прошлом.
И в эти-то лакуны и лезут разного рода шустрики, спешащие стричь купоны на наших недодумках. Наша история сегодня оказалась беззащитной и её начали дербанить и приватизировать люди с очень разными намерениями. Из них самое невинное – безудержное желание денег и славы.
Один из самых популярных постулатов – идея авторского видения, творческой свободы. Мы все свободолюбивые творцы. Но надо тонко соблюдать чувство меры.
Историки России возмутились антироссийской кинопродукцией, выступили с критикой сериала «Князь Андрей». Высокомерные киношники пренебрежительно обозвали их реакцию «истерикой». Мол, это ж не документальный фильм, так пусть никто не лезет в свободу творческой фантазии. Что хочу – то и снимаю.
Но это не частная жизнь, регулируемая самостным хочу- не хочу. Тут вопрос о судьбах народа. И значит – иная мера ответственности.
— Так каков же ответ за эти опасные эксперименты с народным сознанием?
— Смотреть этот сериал не посоветую, пожалею вашего времени и вашей душевной энергии. Но и снимать такие ленты больше тоже никому не посоветую. Дабы под суд не попасть. А суды бывают разные: есть суд исторический: подмена исторических фактов скудными домыслами утлой душонки; суд социальный – куда и зачем потрачены финансы; бывает суд профессиональный: до какого уровня непрофессионализма можно опуститься; бывает ещё суд этический – до какой степени можно нарушать этические, гуманные законы в искусстве, и, наконец, есть ведь и Высший Суд, перед которым не изловчиться.
— Какими качествами, на Ваш взгляд, должны обладать современные фильмы на историческую тему?
— Мне кажется, они должны быть смелее. В плане смелее продвигаться к рассмотрению загадки истории. Наша история очень парадоксальна. Это очень яркое явление в мировой драматургии развития. У нас страсти и проблемы не то, что шекспировские, но даже глобальнее – они соразмерны евангельским, библейским сюжетам. Но попытки создать новое российское историческое кино по своей сути робкие и подражательные. Мы копируем Голливуд и рабски воспроизводим чужие схемы. Так что мастерам нового исторического кино нужна иная оптика, другая мера понимания. Я считаю, что такое кино требует большей смысловой ёмкости, большей объёмности и большей эстетической изысканности. И оно должна быть очень красивое. Хватит уже пещерной грубости и примитивной прямолинейности. При всей драматичности все эти сюжеты очень яркие, жаркие, блестящие. Не нужно вносить в наше прошлое депрессивность. Оно было очень касочным. Весь мир многократно переболел модой а-ля рус. Этот изумительный, роскошный, исполненный грации и изящества русский стиль зрел веками, оттачивался, гранился, отливался красотой нашего народа. Мы народ красивый. Вот это нам и покажите.
— Какие пожелания вы могли бы адресовать новым авторам исторического кино в современной России?
— Наверное, больше настоящего, новаторского творческого проживания.
Нельзя построить новое понимание на стереотипах. Нужны иные критерии и масштабы. А это работа не подлаживания и подтасовки исторического материала под клише, а глубинный труд постижения. Художнику, настоящему творцу, приходится расти, чтобы дорастать до своего героя. А не низводить великих людей до философии обывателя.
И – нести в себе образ Храма на Нерли, той заметки, которую оставил по своему судьбоносному решению Князь Андрей. Храм Покрова на Нерли стоит по сию пору как символ, одна из тех самых национальных скреп. Это символ чистоты. Целомудрия. Внутренней силы, собранности и тончайшей красоты. Князь Андрей сам выбрал для неё уникальное место, на котором она никогда не окажется на суше, а всегда будет словно парить в небесах. Эта мысль небесная возносит узкий, как свечка, храм, над сияющими водами. Большую часть года храм отражается в воде, ибо тут не только русло реки, но и зона ее разлива. Строить храм посреди заливных земель! Это ли не новаторство, это ли не фантастика! Поистине поиск духовный довлел над земным. Чтоб поднять такой храм, пришлось возвести специальную платформу, укрепленную камнем. Никакого военного оборонительного значения. Чистый вход в чистую духовность. Светлый сон светлого молодого народа. Ведь когда растут, во сне – летают.
